Выставка «Пограничная архаика: Чубаров» строится как диалог — между художником и критиком, другом и коллекционером. Этот разговор — попытка сформулировать неуловимое: что остаётся от линии, когда исчезает фигура и превращается в знак?

Евгений Чубаров (1934–2012) — выдающийся график-станковист и скульптор, чьё творчество охватывает более полувека интенсивной работы. Родившись в эпоху предвоенных потрясений и ушедший в год, когда искусство вновь ищет опору в архаичных истоках, он прошёл путь от экспрессивных рисунков 1960-х, до лаконичных рельефов поздних лет. Его графика, отмеченная влиянием скульптурного мышления, всегда балансировала на границе двух измерений, становясь мостом между бумагой и объёмом.

Историк искусства, критик и друг художника В. Мейланд в статье «Камень живёт долго» (1979) точно сформулировал природу этой графики: «Главная особенность графики Чубарова в том, что он делает упор не на линию и даже не на пятно, а на объём. По этому признаку всегда можно отличить рисунки графика-станковиста от рисунков скульптора. Фигуры людей и животных, редкое пейзажное окружение и отдельные предметы — все в его листах максимально выпукло, все „весомы, грубо, зримо“. Не огрублены специально, а дано с такой степенью выразительности, которая неизбежно требует максимального обобщения формы. Глядя на изображенную им руку или голову, воспринимаешь их буквально как эскизы будущих скульптурных композиций, варианты которых легче искать на бумаге, чем в крепчайших породах гранита или базальта».

В этой напряжённой материальности, в стремлении линии стать телом и рельефом проступает основная тема выставки — человек на границе познания жизненного пути. Работы разных лет образуют полифонию внутренних состояний Чубарова: ранняя экспрессивность, рождённая из телесной памяти, перекликается с поздней монументальностью. Через годы и стили вновь и вновь возвращается одна и та же тема — существование между хаосом и структурой, свободой и формой.

Диалог художника и критика становится актом сопричастности — местом, где архаика обретает голос современности. Зритель включается в этот разговор как третий участник, заново активируя энергию границы, из которой рождается искусство. Как говорил художник о своей работе: «Мой рисунок соответствует движению резца или кисти. Так что, когда я рисую, это значит — рублю или пишу. Все три вида — одно целое».

Куратор: Ольга Шепельская.